Птица НеГоворун
В ночь с одиннадцатого на двенадцатое июня текущего года в гей-клубе «Pulse» (Орландо, штат Флорида, США) скончалось около пяти десятков человек, ещё столько же были госпитализированы. Это событие стало самым массовым террористическим актом в США после теракта 11 сентября 2001 года. Около двух часов ночи в клуб вошёл мужчина с огнестрельным оружием, открыв огонь по посетителям, после чего забаррикадировался в клубе с заложниками. Преступник находился в клубе вместе с заложниками три часа. В пять утра полиция начала штурм, в ходе которого преступник был застрелен.
Позже некоторые из выживших сказали, что в первые минуты они восприняли звуки стрельбы как часть музыкального сопровождения вечеринки и продолжили веселиться. Сохранилась видеозапись, зафиксировавшая начало трагедии. С пониманием происходящего толпу захлестнула паника. Зажатые друг другом на тесном танцполе люди падали на землю в попытке спрятаться от пуль; некоторым удалось выбраться через чёрный вход или террасу, тем же, кто оказался менее удачлив пришлось прятаться в клубе все три часа.
Один из молодых людей, трагичная история которого стала известна уже в первые часы после штурма, прятался в туалете и писал смски матери: «Мама, я тебя люблю», «Я в туалете, тут стреляют», «Он идёт», «Я умру», «Он в туалете с нами». Они переписывались около сорока минут, растянувшихся в ужасную, пугающую вечность и всё-таки закончившуюся слишком быстро. В какой-то момент его мама больше не дождалась сообщения от сына.
Также среди погибших была женщина, которую поистине можно назвать героиней. Ранее она дважды победила рак, а в ту роковую ночь спасла своего сына вместе с которым пришла в клуб, вытолкав его за дверь, когда увидела мужчину с оружием, сама же скончалась от двух огнестрельных ранений. Некоторым из посетителей удалось выжить, накрывшись телами погибших.
Это бесчеловечное преступление совершил гражданин США Омар Матин, этнический афганец и мусульманин. Отец Омара неоднократно в Интернете высказывал свою поддержку бойцам «Талибана» (террористическая организация, запрещённая в Российской Федерации), а сам преступник, по словам посетителей клуба «Pulse» во время звонка в 911 заявил о своей верности ИГИЛ (террористическая организация, запрещённая в Российской Федерации).
Омар Матин дважды был женат, но первая его жена, после неоднократных побоев с его стороны уже через несколько месяцев после свадьбы вернулась домой. Один из друзей преступника сказал, что именно после развода и паломничества в Саудовскую Аравию Омар стал очень религиозен. На протяжении последних лет он часто посещал исламский центр в своём городе, неоднократно становился объектом наблюдения силовых структур и даже подвергался допросам в связи со своими резкими высказываниями, намекающими на его сочувствие террористам. Не смотря на это, подтвердить его причастность к террористическим организациям на тот момент не удалось, и расследование было закрыто. Более того, на момент совершения преступления Омар Матин работал в охранной организации, имел возможность легально приобретать оружие и разрешение на скрытое его ношение.
По мнению отца Матина, его поступок объясняется его негативным отношением к сексуальным меньшинствам, однако завсегдатаи клуба уверяют, что неоднократно видели его в заведении знакомящимся с мужчинами. Всё это наводит на мысли о внутренней гомофобии, подкрепляемой религиозными догматами.
В данном случае мне кажется очень важным рассматривать проблему в целом, не выводя из поля зрения ни одного из мотивов преступника. Кто-то считает, что не стоит акцентировать внимание на том, что расстрелян был именно гей-клуб, полностью переводя свой фокус внимания на религиозные мотивы, кто-то, напротив, отказывается воспринимать этот случай как террористическую акцию. Но отказываясь видеть половину подтолкнувших к преступлению мотивов, невозможно в полной мере трезво оценить проблему, которая так остро встала перед нашим обществом. Проблему религии, которая не дает оставить себя в прошлом и тянет туда людей, подпитывая их злобу, неуверенность в себе, страх и глупость мракобесными догматами, развязывает им руки и наставляет на путь жестокости, давая оправдания любым поступкам. И проблему ненависти к инаковости, неспособности смириться с тем, что кто-то может жить иначе и что он имеет на это полное право.
И самое страшное во всей этой истории лично для меня – реакция российских граждан. За те несколько дней, когда новость о случившемся освещалась в СМИ, наше информационное пространство буквально захлестнули комментарии с поддержкой и одобрением поступка Матина. Больше других в этом отношении отличился глава Союза молодых лидеров инноваций Татарстана Рамиль Ибрагимов, который написал в социальных сетях о раненых: «жаль, что не все сдохли», и назвавший Омара Матина «правильным афганским пацаном». Вскоре после публикации данная запись имела огромный резонанс в СМИ и была удалена автором. Против него возбуждено уголовное дело по статье об оправдании терроризма.
Впрочем, не только Рамиль Ибрагимов блеснул своей бесчеловечностью на фоне произошедшего. В день поминовения жертв теракта у посольства США в Москве полицией были задержаны два активиста, принёсших плакат со словами поддержки, а десятки других людей, пришедших выразить свою скорбь, подверглись оскорблениям православной организации «Божья воля», прибывших к стенам посольства специально по этому случаю.
«Так и нужно поступать с этим мусором», «Мне их не жаль. Законно ли убийство? А законны ли гей-клубы? Если бы они не афишировали свои пристрастия таким образом — были бы живы», «Хорошая новость», «Хорошо, что не пострадали мужчины» - краткий список реакций рядовых граждан нашей страны на эту чудовищную новость. И невдомёк этим людям, что сегодня кто-то убивает не нравящихся им гомосексуалов, а завтра, когда всех представителей секс-меньшинств загонят в подполье, пойдут убивать их, с той же ненавистью и злобой, и практически с теми же лозунгами.
Ненависть кругом, и с каждым годом её градус всё выше. Люди учатся ненависти с огромной скоростью, оправдывая себя тем, что это и не люди вовсе, что «этих» можно убивать и радоваться их смертям. Учатся «двоемыслию», помня, что терроризм – это плохо, но если он направлен на «гомосеков», то хорошо. И отучаются сочувствовать, воспринимать убийство как нечто страшное и непростительное. Гордятся дедами, боровшимися с фашизмом и одновременно с этим восхищаются поступком человека, расстрелявшего пятьдесят невинных. Страшная новость, превратившаяся в парад ненависти и нетерпимости в нашей стране, не вызывает ни удивления, ни острой боли, лишь глухую скорбь и грусть. Чудовищно привычную и даже набившую оскомину за последние годы. Радикальный ислам, православный активизм, русские духовные скрепы – понятия всё больше и больше сплетающиеся в единую идеологию ненависти, страха и боли. Ненависти к чужой свободе, чужому счастью и чужой жизни. И, как мы можем видеть на примере США, никакая провозглашаемая толерантность не способна защитить от этой мерзости. Свобода и жизнь – вот две главные нравственные ценности любого человека, вот что должно главенствовать над всем. Нравственные ценности, для понимания которых не нужна религия, жертвы и доказательства, потому что это то что каждый может почувствовать внутри себя.
Когда я узнаю об очередном убийстве на почве ненависти, я чувствую боль, но когда я вижу одобрение этих убийств, я чувствую боль стократную, потому что это значит, что убийства будут продолжаться, что их будет больше и больше, и ненависти тоже будет больше, и страха. Но эта боль учит стойкости, напоминает о человечности, не даёт зачерстветь, а это, в свою очередь, даёт силы бороться с ненавистью, хотя бы словом или личным примером. Это совсем не так мало, как кажется, ведь любой, даже самый маленький смелый шаг, может вдохновить на смелость других.
Трагедию в Орландо не спешат официально причислять к террористическому акту, но, в общем-то, это не так важно. Корень у проблем один – ненависть, и с каждым днем она захватывает всё больше сторонников. Но для меня каждая подобная трагедия – это ещё и надежда. Надежда на то, что люди, в которых ещё не погибло человеческое, в какой-то момент восстанут, перестанут терпеть убийства их самих, их родных и друзей, воспротивятся попыткам загнать их в гетто и начнут защищать свои права и свою жизнь, перестав прятаться за жалкими оправданиями, что «от них ничего не зависит», что «просто не надо мозолить глаза» и «раздражать гомофобов», прячась за спинами редких смельчаков, закидывая их камнями, за то, что «привлекают внимание». Каждая подобная трагедия вместе с болью поднимает во мне упрямую веру в лучшее будущее, в котором не будет жестокости, злобы и несправедливости.

@темы: архивное